Эзотерика. ОПИСАНИЯ ТРЁХ РОДОВ

Т. во время первых моих родов в роддоме, сами схватки для меня в общем-то были мукой, и родовой процесс - что за чем идёт и раскрывается, когда нужно работать, а когда отдыхать, всё это для меня тогда было тёмным лесом. Единственное, наверное, что было похоже в первых родах и во вторых это то, что между схватками отдыхала и спала, неплохо расслаблялась, но в ванне с водой, конечно же, расслабление лучше, не сравнить с постелью.
А. Скажи, когда ты залезла в ванну во время схваток, как ты почувствовала реально, облегчает их тёплая вода схватки?
Т. Я не могу сказать с полной уверенностью, потому что интенсивность схваток возрастала. Но факт тот, что в момент отдыха между схватками, например, в постели начинаешь медленно-медленно расправлять мышцы и пока расправишь тут новые схватки начинаются. В воде схватки проходят по-другому. Во-первых, я имела представление о всех этапах родов и схваток и поэтому каждый раз, когда шли схватки я достаточно чутко прислушивалась к себе. К тому же ответственность за происходящее лежала полностью на нас двоих. Когда я залезла в ванну, я поняла, что вылезу оттуда только уже с ребёнком на руках, независимо от того приедет к нам кто-нибудь или не приедет. Я решила, что вторые роды протекут быстро и легко и уже нет смысла вызывать кого-либо. В общем, я верила в свои силы, верила в своего А., он был на редкость активный какой-то, собранный.
А. Кстати, во время беременности у нас были сомнения. Я не предполагал, что мы сможем справиться вдвоём. Однако, ты говорила, что все мои волнения рассеются и во время родов я переключусь на какой-то “автомат”, на природно-инстинктивные программы, которые позволят проделать всё в лучшем виде, а самое интересное, что твои пророчества в общем оказались точными. У меня были некоторые личные проблемы. Я конечно волновался в преддверии родов, мне казалось, что мои личные родовые осложнения будут сильно мешать мне. Дело в том, что когда человек, присутствующий при родах, сам имеет какие-либо родовые травмы или осложнения, тогда он подсознательно накладывает свой отрицательный опыт, свои психологические травмы на эти роды, поэтому могут быть неожиданные обороты. Были же случаи, когда, например, будущий папа вдруг теряет сознание и роженица начинает его приводить в чувство и параллельно рожать. Сам я несколько долго находился во “второй перинатальной матрице Грофа”. Казалось, что это помешает…
Т. Между прочим, ты знаешь, я сейчас подумала, что в общем-то люди позже доходили до этого, после происшествия, вот он упал в обморок, а потом после неудачных родов стали разбираться что да как, в чём же дело. В результате выясняют, что последствием родовой травмы у папы является гипертония и видение крови в воде вызывает сильный стресс, спазм кровеносных сосудов в черепной коробке и всё… в голубом тумане. Эта причина не была раскрыта “до” и не проработана, не осознана, не проанализирована. А мы с тобой работали над этим вопросом и готовились…
А. Да, мы готовились.
Т. Во-первых, ты знал и обозначил свою проблему, во-вторых, знал, что тебе придётся участвовать в родах и даже принимать роды, ты проигрывал эту ситуацию периодически, переживая эмоционально…
А. К тому же мы сильно восприняли книгу Грофа, особенно касательно “базовых перинатальных матриц”. Я, например, сразу воспринял эту информацию и понял, что это истина и что это то, что я искал давно. Я совершал экскурсии вовнутрь, спрашивал свою маму подробно о родах, меня интересовала моя личная внутриутробная история. А Т. продемонстрировала лёгкие прекрасные роды и тем самым оказала мне хорошую помощь в проработке этих проблем, частично, даже, ликвидировав их. То есть, во время родов я, возможно, решил большую часть своих проблем. Хотя, когда вспоминаю твои схватки вновь волнуюсь. Роды дали мне много. Я увидел лёгкое появление ребёнка в воду и в душе у меня было всё спокойно и радостно и мне кажется, что я не переложил свои проблемы на наши роды, а наоборот, роды нейтрализовали проблемы. Любопытно, что за день до родов мы решили вызвать слесаря-сантехника, но не успели, потому что начались роды. Мы в эту квартиру переехали совсем недавно и первым делом решили взяться за ремонт туалета-ванной, потому что именно там должны были происходить очень важные события. Мы старались, вычистили всё, покрасили, обклеили клеёнкой, одним словом, сделали сказку. А вот с сантехникой было плоховато, проржавело кое-где. Решили мы на следующий день вызвать сантехника, но не получилось. Но самое интересное, что сантехник пришёл-таки без вызова, сам и звонил в дверь как раз в то время, когда ты работала с плацентой. Мы даже удивились: “Кто пришёл, кто там?”. Ответ: “Слесарь сантехник. Вызывали?” Вот такие накладки получались.
Интересно, что ребёнок после рождения не кричал.
Т. Но ребёнок начинал переживать, когда я начинала тужиться, отторгая плаценту, испытывал неудобства какие-то, когда ты его поддерживал в воде.
А. А помнишь сразу же после родов И.Б. спрашивал нас, согласились бы мы в следующий раз на роды в море с дельфинами. Я думаю, что согласились бы. Да? Но здесь, конечно, нужно подготовиться.
Т. Нужна психоподготовка.
А. Психологическая подготовка - раз, проигрывание ситуаций, нужно во время беременности плавать и контактировать с дельфинами - два.
Т. Приблизительно аналогичный вопрос, если бы он спросил нас 9 месяцев назад, согласились бы мы рожать в ванне без акушера.
А. Да, похоже.
Т. В принципе, согласились бы, судя по ситуации.
…
А. Между прочим, ты кричала не очень сильно, я думал, что это будет гораздо сильней. Соседи конечно слышали, но это всё ерунда.
Т. Я начала тужиться и тогда лопнул пузырь?
А. Да. Когда лопнул пузырь, то я увидел в прозрачной воде жёлтоватую жидкость, незначительное количество. Потом я был наготове. Стою и вижу живот у тебя сильно опущен и в области лобка появилась какая-то деформация. Всё говорило, что ребёнок находится на взлёте. Волнение было. Помню один сон: я держу в руках эмбрион и пытаюсь погрузить его в воду, чтобы ему можно было там поплавать. Рядом находился Чарковский и уверял, что он уехал и не сможет нам помочь. В действительности получилось, что он в день наших родов уезжал вечером в Ленинград. Это отступление. Так вот, дальше я увидел натяжение промежности и как постепенно появляется головка. Я бы сказал, что ты в три мощных потуги родила полностью. Раз, два и появилась головка, похоже было на пластилиновую головку. Здесь помогли фильмы, которые показывал Чарковский. Там видна небольшая помощь акушеров во время появления головки, когда они вправляют кожные складки промежности, чтобы головка не порвала всё это дело. И я вошёл в роль заправского акушера в спектакле-рождении, хотя в этой жизни я к повивальному искусству не имел никакого отношения.
Т. Надо сказать, что А. нежно и аккуратно приговаривал, что “вот-вот, сейчас уже, тихо… вот и головка появляется, вот она”.
А. Пластилиновая головка была фиолетово-коричневого цвета, и я слегка ухватился за неё…
Т. И хотел вытащить?
А. Нет, не вытащить, а чуть-чуть подтянуть почему-то. Потом быстро появились плечики, помогать не потребовалось. Ты лежала в такой позе с раздвинутыми ногами и согнутыми коленями, которые обхватила руками…
Т. А таз повернула на бок, вправо.
А. Всё, что нужно, было в воде и ребёнок выскочил, как по маслу, сделав при этом несколько плавательных движений-гребков. Но мы не рискнули держать его под водой. Мы считали, что не достаточно знакомы с техникой контроля пульса по пуповине.
Т. А. при появлении ребёнка воскликнул: “О! Мальчуган какой!”, хотя и не знал кто там ещё.
А. Потом я посмотрел резко… девочка!
Т. И я тут же присела в ванне и стала смотреть, неужели мальчик, не может быть, и ты говоришь: “Сейчас посмотрим…” Посмотрели - девочка.
А. Девочка получилась, как думали. Потом, я представлял пуповину, как нечто мягкое и рыхлое, а оказалось совсем не то. Пуповина была, как, достаточно твёрдый, беленький жгутик-жилка в 50 сантиметров длиной. Т. потом взяла ребёнка на руки. Я взял ножницы, которые прокипятили заранее, стал отматывать нитке. Перевязываем пуповину где-то сантиметра 2 от основания и нитка рвётся, она была, к сожалению, не шёлковая. Потом я нитку сложил вдвое и мы перевязали чуть дальше на 4 см примерно, от живота ребёнка. Перегнул пуповину и перерезал её. Говорили, что перерезание пуповины является стрессом, болью для ребёнка. На самом деле ничего подобного мы не заметили. Всё было спокойно, ребёнок не дрыгался. Пуповина, по-видимому, была тем телом, которое уже отработало себя. Показалось, что перекусывать или перерезать - суть одно. Ребёнок не кричал вообще. Далее происходил мистический момент, т.е. переход от одного вида дыхания на другой. Мы услышали робкие вдохи, выдохи. Насос заработал.
Т. Смогу ли я объяснить… но хотелось бы сказать о моменте обрезания пуповины. До родов ещё, я говорила, что готова рожать в воду без помощи. Единственное, что я не знала, так это, как поступать с пуповиной. Дело в том, что пуповина присутствует не только на физическом уровне, но и на других планах тоже. Обрезание пуповины это не только физическое разъединение матери с ребёнком, разъединение с тем миром, в котором он был. И здесь есть момент очень важный для ребёнка, здесь стоит вопрос, будет ли он жить в мире, мире, в который только что попал или уйдёт обратно в неизвестность. Я не знала, как поступать с пуповиной на физическом плане, значит я не знала, как поступать на всех остальных. Т.е. моя неуверенность ставила под вопрос его переход в этот мир.
А. При огромном желании мы могли, конечно, выяснить у акушеров, что нужно делать с пуповиной, но мы тогда ещё не приняли полную ответственность за предстоящие роды. Мы думали, что нам помогут и это сделают за нас. Я считал, что нам необходим акушер-профессионал.
В общем роды прошли мягко. Я не представляю роды не в воде. Очень приятно было наблюдать, как вода обласкала тело ребёнка, вода казалась эластичной, вязкой, как разбавленный мёд. Потом приехал И.Б. с молодой женщиной с ребёнком и В. был. Я попросил ребят завесить окно в комнате одеялом, чтобы был полумрак. В ванной комнате тоже был полумрак и ребёнку было уютно. Потом вода в ванне постепенно окрасилась в бордовый цвет, выходила кровь.
Т. Кровь появилась после выхода ребёнка?
А. Конечно. Пока мы занимались пуповиной, незаметно наполнилось. Ты отторгала плаценту. Было такое ощущение, что матка как бы разрослась до размеров ванны и ребёнок вышел из тесной матки в просторную. Температура воды была примерно 34-35 С°. 38-ми градусная вода показалась слишком горячей и мы снизили температуру. Ребёнка мы держали в воде на спинке, когда Т. расставалась с плацентой, но что-то никак не могла расстаться. Выход ребёнка произошёл в 12 час. 20 мин. по московскому времени. Всё рождение малыша воспринималось, как абсолютно нормальный процесс и в то же время мистический, мистично и зачатие, когда Всё получается в общем-то из Ничего и… человечек уже готов, духовная сущность, личность. Интересен момент первого вдоха, завязка со праной и т.д.
С 12 часов 20 минут до 14-ти примерно вы с ребёнком вместе находились в ванне. Потом И.Б. стал обливать ребёнка водой из под крана, холодной, сказав, что “он чего-то слишком балдеет”. Да, Т. ещё пробовала кормить ребёночка молозивом ещё в воде.
Т. Там было хорошо. В один момент он хорошо присосался, но быстро отклеился.
А. Ну это была учёба.
Т. А сейчас, спустя 2 дня сосёт, как пиявочка, не оторвёшь.
А. И пыхтит как паровоз.
Да, ещё мы готовились ко всяким сложностям на социальном плане. Как мы будем объяснять своё “поведение”, как будем регистрировать рождение нашего ребёнка? Бои только начинаются. Приходили 2 врача из женской консультации. Они были шокированы… “в наше время домашние роды и после них не вызвать скорую помощь?..”
Т. Они осмотрели меня и ребёнка и опасений каких-либо у них особо не было, правда, они только “охали и ахали” увидев пупок, каким мы его оставили.
А. Мы пупок-то завязали на сантиметра 4 от основания, да ещё сантиметров 6 от завязки, в общем, получилось 10 см. Т. сказала: “Да вы что ребята? Это же девочка, это же фигура, здесь должно быть идеально”. Но у меня на этот счёт есть контраргументы. Во-первых, сколько мы видим разных людей и у всех такие разные пупы. У индусов есть даже на пупок идеальный канон… “её пупок вмещал (какую-то порцию) орехового масла…” т.е. какая-то аккуратная ямка. Однако, почти все рождались в роддомах и их обслуживали акушеры-профессионалы…
Т. Общая технология.
А. И завязывали, допустим, всех “под корешок”, а пупки получились у всех такие разные: у одних втянуты, у других выпячены. У животных, например, сплошные перекусывания пуповины и никаких перевязываний, и ничего, там и пупок не сразу найдёшь. Так что посмотрим, покажет время.
Т. А нашему первому ребёнку в роддоме вообще ставили металлическую заклёпку впритык, она даже втягивалась в живот и приносила ему массу неудобств, однако…
А. Похоже, здесь другие причины. Почему у одних втягивается, а у других нет? Но мы надеемся на хороший пупок, правда?
Т. Конечно! И чтобы он вмещал унцию орехового масла.
А. Да. И вообще девочка родилась очень хорошенькая, кожа чистенькая и красивая…
Т. Но на брата своего не похожа пока.
А. Пухленькая такая, ростом 49 сантиметров, весом, примерно, 3 кг. Т. попробуй ещё вспомнить свои ощущения во время родов, расскажи ещё что-нибудь.
Т. Благодаря тому, что я не спешила рожать в надежде на то, что вот-вот раздастся звонок и И.Б. появится с каким-нибудь акушером, я старалась не торопить события. Но когда поняла, что больше не могу, пошли усиленные потуги. Когда начала прорезываться головка, у меня было ощущение, что сейчас не я разлечусь на куски, а вся вселенная, весь мир разлетится вдребезги. Это очень глубинное и мощное ощущение. Получилось так, что я не разлетелась на куски, а что-то раскрылось, врата открылись и появилась макушка. В этот момент А. сказал: “Вот-вот головка появляется!” Вообще ты меня очень хорошо подбадривал. Твоя уверенность в голосе, радость, что там что-то появилось, хотя и неизвестно ещё что. У меня были очень мощные потуги, когда макушка появилась. В следующие потуги нужно потуги нужно головку выталкивать, потому что все “грофовские перинатальные матрицы” у меня стояли здесь, перед глазами…
А. Это очень важно.
Т. И я очень чётко представляю, как ребёнку там сейчас тяжело, как ему тесно, нужно малыша побыстрей освобождать, вытолкнуть…
А. Ты знаешь, как это здорово думать о ребёнке, а не о своей шкуре. У тебя это было монолитно, ты и ребёнок, тебе и ему, вы - одно целое и сейчас разделяетесь.
Т. Но я не торопилась и его выход был не взрывоподобным, а плавным, вода делала своё дело. Крови не было до появления ребёнка, это говорило о том, что ничего не рвётся, что всё нормально. И я представляю “третью грофовскую матрицу”, когда ребёнок идёт по родовому каналу и чувствую, что у него там и череп весь перекошен и весь он изогнут…
А. Помнишь, когда ты меня попросила посмотреть насколько открылась шейка матки, я нащупал головку и у меня сложилось впечатление, что ребёнок идёт нормально без особых страданий.
Т. После того, как появилась головка, основной этап схваток прошёл, я вдруг подумала: “Что же делать, ждать, пока начнутся следующие схватки или дальше рожать? Что же раздумывать, надо скорее рожать и…”, стала делать сознательно сильнейшие потуги. Главное, что головка прошла, а плечики и ножки пройдут уже хорошо. Ты ещё говорил, что я издала звук “ха!”.
А. Да, этот звук был такое мощный, что наверно не один каратист не воспроизведёт подобного.
Т. Наверно, такими звуками убивали слонов.
А. Может быть…, но меня ты не убила.
Т. Значит ты сильней слона?
А. Где-то, возможно, и сильней. Хотелось бы сказать, что будущих отцов у разных народов, культур, на Востоке, да и не только там, старались отстранить от созерцания родов, а тем более от участия в них, “… мужчина, мол, подожди за шатром…” вход был только для женщин. Один американский врач, не помню имя, в 60-70 годы в своей книге писал, что у них, в Америке, ещё тогда стало “модным”, чтобы отцы присутствовали при родах своей жены. Однако, он говорил, что лучше присутствовать только в первой половине родов, во время схваток, а выход им лучше не видеть. Возможно, изолировали мужчин для того, чтобы они не охладели бы к своим жёнам, сцены ведь кровавые. Созерцание женщины в таком качестве могло приводить некоторых к импотенции, к чему угодно. Да и во время родов они мешали бы только, а не помогали.
Т. Здесь может быть недостаточная духовность, что ли, осознанность мужчины-отца, да и родовые накрутки могли вскрыться. Наверно, не каждый может участвовать в этом таинстве. А у нас так и получилось, что договорились с акушером задолго до родов. И М. согласилась нам помочь, но в день родов у неё было дежурство и она не смогла приехать. На “рождение плаценты” приехал И.Б., ребёнок к тому времени уже выплыл. Когда плацента полностью вышла, я сама встала и вышла из ванны, переместившись на постель.
А. Я немножко помог тебе, ты вышла преспокойненько и пошла, и легла себе, и включили тебе телевизор, пили чай и говорили о дельфинах, родах, аквакультуре и т.д. Был праздник.

OPISANIJA TREH RODOV.

T. vo vremja pervih moih rodov v roddome, sami shvatki dlja menja v obshem-to bili mukoj, i rodovoj process - chto za chem idet i raskrivaetsja, kogda nuzhno rabotat, a kogda otdihat, vse eto dlja menja togda bilo temnim lesom. Edinstvennoe, navernoe, chto bilo pohozhe v pervih rodah i vo vtorih eto to, chto mezhdu shvatkami otdihala i spala, neploho rasslabljalas, no v vanne s vodoj, konechno zhe, rasslablenie luchshe, ne sravnit s postelju.
A. Skazhi, kogda ti zalezla v vannu vo vremja shvatok, kak ti pochuvstvovala realno, oblegchaet ih teplaja voda shvatki?
T. JA ne mogu skazat s polnoj uverennostju, potomu chto intensivnost shvatok vozrastala. No fakt tot, chto v moment otdiha mezhdu shvatkami, naprimer, v posteli nachinaesh medlenno-medlenno raspravljat mishci i poka raspravish tut novie shvatki nachinajutsja. V vode shvatki prohodjat po-drugomu. Vo-pervih, ja imela predstavlenie o vseh etapah rodov i shvatok i poetomu kazhdij raz, kogda shli shvatki ja dostatochno chutko prislushivalas k sebe. K tomu zhe otvetstvennost za proishodjashee lezhala polnostju na nas dvoih. Kogda ja zalezla v vannu, ja ponjala, chto vilezu ottuda tolko uzhe s rebenkom na rukah, nezavisimo ot togo priedet k nam kto-nibud ili ne priedet. JA reshila, chto vtorie rodi protekut bistro i legko i uzhe net smisla vizivat kogo-libo. V obshem, ja verila v svoi sili, verila v svoego A., on bil na redkost aktivnij kakoj-to, sobrannij.
A. Kstati, vo vremja beremennosti u nas bili somnenija. JA ne predpolagal, chto mi smozhem spravitsja vdvoem. Odnako, ti govorila, chto vse moi volnenija rassejutsja i vo vremja rodov ja perekljuchus na kakoj-to “avtomat”, na prirodno-instinktivnie programmi, kotorie pozvoljat prodelat vse v luchshem vide, a samoe interesnoe, chto tvoi prorochestva v obshem okazalis tochnimi. U menja bili nekotorie lichnie problemi. JA konechno volnovalsja v preddverii rodov, mne kazalos, chto moi lichnie rodovie oslozhnenija budut silno meshat mne. Delo v tom, chto kogda chelovek, prisutstvujushij pri rodah, sam imeet kakie-libo rodovie travmi ili oslozhnenija, togda on podsoznatelno nakladivaet svoj otricatelnij opit, svoi psihologicheskie travmi na eti rodi, poetomu mogut bit neozhidannie oboroti. Bili zhe sluchai, kogda, naprimer, budushij papa vdrug terjaet soznanie i rozhenica nachinaet ego privodit v chuvstvo i parallelno rozhat. Sam ja neskolko dolgo nahodilsja vo “vtoroj perinatalnoj matrice Grofa”. Kazalos, chto eto pomeshaet…
T. Mezhdu prochim, ti znaesh, ja sejchas podumala, chto v obshem-to ljudi pozzhe dohodili do etogo, posle proisshestvija, vot on upal v obmorok, a potom posle neudachnih rodov stali razbiratsja chto da kak, v chem zhe delo. V rezultate vijasnjajut, chto posledstviem rodovoj travmi u papi javljaetsja gipertonija i videnie krovi v vode vizivaet silnij stress, spazm krovenosnih sosudov v cherepnoj korobke i vse… v golubom tumane. Eta prichina ne bila raskrita “do” i ne prorabotana, ne osoznana, ne proanalizirovana. A mi s toboj rabotali nad etim voprosom i gotovilis…
A. Da, mi gotovilis.
T. Vo-pervih, ti znal i oboznachil svoju problemu, vo-vtorih, znal, chto tebe pridetsja uchastvovat v rodah i dazhe prinimat rodi, ti proigrival etu situaciju periodicheski, perezhivaja emocionalno…
A. K tomu zhe mi silno vosprinjali knigu Grofa, osobenno kasatelno “bazovih perinatalnih matric”. JA, naprimer, srazu vosprinjal etu informaciju i ponjal, chto eto istina i chto eto to, chto ja iskal davno. JA sovershal ekskursii vovnutr, sprashival svoju mamu podrobno o rodah, menja interesovala moja lichnaja vnutriutrobnaja istorija. A T. prodemonstrirovala legkie prekrasnie rodi i tem samim okazala mne horoshuju pomosh v prorabotke etih problem, chastichno, dazhe, likvidirovav ih. To est, vo vremja rodov ja, vozmozhno, reshil bolshuju chast svoih problem. Hotja, kogda vspominaju tvoi shvatki vnov volnujus. Rodi dali mne mnogo. JA uvidel legkoe pojavlenie rebenka v vodu i v dushe u menja bilo vse spokojno i radostno i mne kazhetsja, chto ja ne perelozhil svoi problemi na nashi rodi, a naoborot, rodi nejtralizovali problemi. Ljubopitno, chto za den do rodov mi reshili vizvat slesarja-santehnika, no ne uspeli, potomu chto nachalis rodi. Mi v etu kvartiru pereehali sovsem nedavno i pervim delom reshili vzjatsja za remont tualeta-vannoj, potomu chto imenno tam dolzhni bili proishodit ochen vazhnie sobitija. Mi staralis, vichistili vse, pokrasili, obkleili kleenkoj, odnim slovom, sdelali skazku. A vot s santehnikoj bilo plohovato, prorzhavelo koe-gde. Reshili mi na sledujushij den vizvat santehnika, no ne poluchilos. No samoe interesnoe, chto santehnik prishel-taki bez vizova, sam i zvonil v dver kak raz v to vremja, kogda ti rabotala s placentoj. Mi dazhe udivilis: “Kto prishel, kto tam?”. Otvet: “Slesar santehnik. Vizivali?” Vot takie nakladki poluchalis.
Interesno, chto rebenok posle rozhdenija ne krichal.
T. No rebenok nachinal perezhivat, kogda ja nachinala tuzhitsja, ottorgaja placentu, ispitival neudobstva kakie-to, kogda ti ego podderzhival v vode.
A. A pomnish srazu zhe posle rodov I.B. sprashival nas, soglasilis bi mi v sledujushij raz na rodi v more s delfinami. JA dumaju, chto soglasilis bi. Da? No zdes, konechno, nuzhno podgotovitsja.
T. Nuzhna psihopodgotovka.
A. Psihologicheskaja podgotovka - raz, proigrivanie situacij, nuzhno vo vremja beremennosti plavat i kontaktirovat s delfinami - dva.
T. Priblizitelno analogichnij vopros, esli bi on sprosil nas 9 mesjacev nazad, soglasilis bi mi rozhat v vanne bez akushera.
A. Da, pohozhe.
T. V principe, soglasilis bi, sudja po situacii.
…
A. Mezhdu prochim, ti krichala ne ochen silno, ja dumal, chto eto budet gorazdo silnej. Sosedi konechno slishali, no eto vse erunda.
T. JA nachala tuzhitsja i togda lopnul puzir?
A. Da. Kogda lopnul puzir, to ja uvidel v prozrachnoj vode zheltovatuju zhidkost, neznachitelnoe kolichestvo. Potom ja bil nagotove. Stoju i vizhu zhivot u tebja silno opushen i v oblasti lobka pojavilas kakaja-to deformacija. Vse govorilo, chto rebenok nahoditsja na vzlete. Volnenie bilo. Pomnju odin son: ja derzhu v rukah embrion i pitajus pogruzit ego v vodu, chtobi emu mozhno bilo tam poplavat. Rjadom nahodilsja CHarkovskij i uverjal, chto on uehal i ne smozhet nam pomoch. V dejstvitelnosti poluchilos, chto on v den nashih rodov uezzhal vecherom v Leningrad. Eto otstuplenie. Tak vot, dalshe ja uvidel natjazhenie promezhnosti i kak postepenno pojavljaetsja golovka. JA bi skazal, chto ti v tri moshnih potugi rodila polnostju. Raz, dva i pojavilas golovka, pohozhe bilo na plastilinovuju golovku. Zdes pomogli filmi, kotorie pokazival CHarkovskij. Tam vidna nebolshaja pomosh akusherov vo vremja pojavlenija golovki, kogda oni vpravljajut kozhnie skladki promezhnosti, chtobi golovka ne porvala vse eto delo. I ja voshel v rol zapravskogo akushera v spektakle-rozhdenii, hotja v etoj zhizni ja k povivalnomu iskusstvu ne imel nikakogo otnoshenija.
T. Nado skazat, chto A. nezhno i akkuratno prigovarival, chto “vot-vot, sejchas uzhe, tiho… vot i golovka pojavljaetsja, vot ona”.
A. Plastilinovaja golovka bila fioletovo-korichnevogo cveta, i ja slegka uhvatilsja za nee…
T. I hotel vitashit?
A. Net, ne vitashit, a chut-chut podtjanut pochemu-to. Potom bistro pojavilis plechiki, pomogat ne potrebovalos. Ti lezhala v takoj poze s razdvinutimi nogami i sognutimi kolenjami, kotorie obhvatila rukami…
T. A taz povernula na bok, vpravo.
A. Vse, chto nuzhno, bilo v vode i rebenok viskochil, kak po maslu, sdelav pri etom neskolko plavatelnih dvizhenij-grebkov. No mi ne risknuli derzhat ego pod vodoj. Mi schitali, chto ne dostatochno znakomi s tehnikoj kontrolja pulsa po pupovine.
T. A. pri pojavlenii rebenka voskliknul: “O! Malchugan kakoj!”, hotja i ne znal kto tam eshe.
A. Potom ja posmotrel rezko… devochka!
T. I ja tut zhe prisela v vanne i stala smotret, neuzheli malchik, ne mozhet bit, i ti govorish: “Sejchas posmotrim…” Posmotreli - devochka.
A. Devochka poluchilas, kak dumali. Potom, ja predstavljal pupovinu, kak nechto mjagkoe i rihloe, a okazalos sovsem ne to. Pupovina bila, kak, dostatochno tverdij, belenkij zhgutik-zhilka v 50 santimetrov dlinoj. T. potom vzjala rebenka na ruki. JA vzjal nozhnici, kotorie prokipjatili zaranee, stal otmativat nitke. Perevjazivaem pupovinu gde-to santimetra 2 ot osnovanija i nitka rvetsja, ona bila, k sozhaleniju, ne shelkovaja. Potom ja nitku slozhil vdvoe i mi perevjazali chut dalshe na 4 sm primerno, ot zhivota rebenka. Peregnul pupovinu i pererezal ee. Govorili, chto pererezanie pupovini javljaetsja stressom, bolju dlja rebenka. Na samom dele nichego podobnogo mi ne zametili. Vse bilo spokojno, rebenok ne drigalsja. Pupovina, po-vidimomu, bila tem telom, kotoroe uzhe otrabotalo sebja. Pokazalos, chto perekusivat ili pererezat - sut odno. Rebenok ne krichal voobshe. Dalee proishodil misticheskij moment, t.e. perehod ot odnogo vida dihanija na drugoj. Mi uslishali robkie vdohi, vidohi. Nasos zarabotal.
T. Smogu li ja objasnit… no hotelos bi skazat o momente obrezanija pupovini. Do rodov eshe, ja govorila, chto gotova rozhat v vodu bez pomoshi. Edinstvennoe, chto ja ne znala, tak eto, kak postupat s pupovinoj. Delo v tom, chto pupovina prisutstvuet ne tolko na fizicheskom urovne, no i na drugih planah tozhe. Obrezanie pupovini eto ne tolko fizicheskoe razedinenie materi s rebenkom, razedinenie s tem mirom, v kotorom on bil. I zdes est moment ochen vazhnij dlja rebenka, zdes stoit vopros, budet li on zhit v mire, mire, v kotorij tolko chto popal ili ujdet obratno v neizvestnost. JA ne znala, kak postupat s pupovinoj na fizicheskom plane, znachit ja ne znala, kak postupat na vseh ostalnih. T.e. moja neuverennost stavila pod vopros ego perehod v etot mir.
A. Pri ogromnom zhelanii mi mogli, konechno, vijasnit u akusherov, chto nuzhno delat s pupovinoj, no mi togda eshe ne prinjali polnuju otvetstvennost za predstojashie rodi. Mi dumali, chto nam pomogut i eto sdelajut za nas. JA schital, chto nam neobhodim akusher-professional.
V obshem rodi proshli mjagko. JA ne predstavljaju rodi ne v vode. Ochen prijatno bilo nabljudat, kak voda oblaskala telo rebenka, voda kazalas elastichnoj, vjazkoj, kak razbavlennij med. Potom priehal I.B. s molodoj zhenshinoj s rebenkom i V. bil. JA poprosil rebjat zavesit okno v komnate odejalom, chtobi bil polumrak. V vannoj komnate tozhe bil polumrak i rebenku bilo ujutno. Potom voda v vanne postepenno okrasilas v bordovij cvet, vihodila krov.
T. Krov pojavilas posle vihoda rebenka?
A. Konechno. Poka mi zanimalis pupovinoj, nezametno napolnilos. Ti ottorgala placentu. Bilo takoe oshushenie, chto matka kak bi razroslas do razmerov vanni i rebenok vishel iz tesnoj matki v prostornuju. Temperatura vodi bila primerno 34-35 S°. 38-mi gradusnaja voda pokazalas slishkom gorjachej i mi snizili temperaturu. Rebenka mi derzhali v vode na spinke, kogda T. rasstavalas s placentoj, no chto-to nikak ne mogla rasstatsja. Vihod rebenka proizoshel v 12 chas. 20 min. po moskovskomu vremeni. Vse rozhdenie malisha vosprinimalos, kak absoljutno normalnij process i v to zhe vremja misticheskij, mistichno i zachatie, kogda Vse poluchaetsja v obshem-to iz Nichego i… chelovechek uzhe gotov, duhovnaja sushnost, lichnost. Interesen moment pervogo vdoha, zavjazka so pranoj i t.d.
S 12 chasov 20 minut do 14-ti primerno vi s rebenkom vmeste nahodilis v vanne. Potom I.B. stal oblivat rebenka vodoj iz pod krana, holodnoj, skazav, chto “on chego-to slishkom baldeet”. Da, T. eshe probovala kormit rebenochka molozivom eshe v vode.
T. Tam bilo horosho. V odin moment on horosho prisosalsja, no bistro otkleilsja.
A. Nu eto bila ucheba.
T. A sejchas, spustja 2 dnja soset, kak pijavochka, ne otorvesh.
A. I pihtit kak parovoz.
Da, eshe mi gotovilis ko vsjakim slozhnostjam na socialnom plane. Kak mi budem objasnjat svoe “povedenie”, kak budem registrirovat rozhdenie nashego rebenka? Boi tolko nachinajutsja. Prihodili 2 vracha iz zhenskoj konsultacii. Oni bili shokirovani… “v nashe vremja domashnie rodi i posle nih ne vizvat skoruju pomosh?..”
T. Oni osmotreli menja i rebenka i opasenij kakih-libo u nih osobo ne bilo, pravda, oni tolko “ohali i ahali” uvidev pupok, kakim mi ego ostavili.
A. Mi pupok-to zavjazali na santimetra 4 ot osnovanija, da eshe santimetrov 6 ot zavjazki, v obshem, poluchilos 10 sm. T. skazala: “Da vi chto rebjata? Eto zhe devochka, eto zhe figura, zdes dolzhno bit idealno”. No u menja na etot schet est kontrargumenti. Vo-pervih, skolko mi vidim raznih ljudej i u vseh takie raznie pupi. U indusov est dazhe na pupok idealnij kanon… “ee pupok vmeshal (kakuju-to porciju) orehovogo masla…” t.e. kakaja-to akkuratnaja jamka. Odnako, pochti vse rozhdalis v roddomah i ih obsluzhivali akusheri-professionali…
T. Obshaja tehnologija.
A. I zavjazivali, dopustim, vseh “pod koreshok”, a pupki poluchilis u vseh takie raznie: u odnih vtjanuti, u drugih vipjacheni. U zhivotnih, naprimer, sploshnie perekusivanija pupovini i nikakih perevjazivanij, i nichego, tam i pupok ne srazu najdesh. Tak chto posmotrim, pokazhet vremja.
T. A nashemu pervomu rebenku v roddome voobshe stavili metallicheskuju zaklepku vpritik, ona dazhe vtjagivalas v zhivot i prinosila emu massu neudobstv, odnako…
A. Pohozhe, zdes drugie prichini. Pochemu u odnih vtjagivaetsja, a u drugih net? No mi nadeemsja na horoshij pupok, pravda?
T. Konechno! I chtobi on vmeshal unciju orehovogo masla.
A. Da. I voobshe devochka rodilas ochen horoshenkaja, kozha chistenkaja i krasivaja…
T. No na brata svoego ne pohozha poka.
A. Puhlenkaja takaja, rostom 49 santimetrov, vesom, primerno, 3 kg. T. poprobuj eshe vspomnit svoi oshushenija vo vremja rodov, rasskazhi eshe chto-nibud.
T. Blagodarja tomu, chto ja ne speshila rozhat v nadezhde na to, chto vot-vot razdastsja zvonok i I.B. pojavitsja s kakim-nibud akusherom, ja staralas ne toropit sobitija. No kogda ponjala, chto bolshe ne mogu, poshli usilennie potugi. Kogda nachala prorezivatsja golovka, u menja bilo oshushenie, chto sejchas ne ja razlechus na kuski, a vsja vselennaja, ves mir razletitsja vdrebezgi. Eto ochen glubinnoe i moshnoe oshushenie. Poluchilos tak, chto ja ne razletelas na kuski, a chto-to raskrilos, vrata otkrilis i pojavilas makushka. V etot moment A. skazal: “Vot-vot golovka pojavljaetsja!” Voobshe ti menja ochen horosho podbadrival. Tvoja uverennost v golose, radost, chto tam chto-to pojavilos, hotja i neizvestno eshe chto. U menja bili ochen moshnie potugi, kogda makushka pojavilas. V sledujushie potugi nuzhno potugi nuzhno golovku vitalkivat, potomu chto vse “grofovskie perinatalnie matrici” u menja stojali zdes, pered glazami…
A. Eto ochen vazhno.
T. I ja ochen chetko predstavljaju, kak rebenku tam sejchas tjazhelo, kak emu tesno, nuzhno malisha pobistrej osvobozhdat, vitolknut…
A. Ti znaesh, kak eto zdorovo dumat o rebenke, a ne o svoej shkure. U tebja eto bilo monolitno, ti i rebenok, tebe i emu, vi - odno celoe i sejchas razdeljaetes.
T. No ja ne toropilas i ego vihod bil ne vzrivopodobnim, a plavnim, voda delala svoe delo. Krovi ne bilo do pojavlenija rebenka, eto govorilo o tom, chto nichego ne rvetsja, chto vse normalno. I ja predstavljaju “tretju grofovskuju matricu”, kogda rebenok idet po rodovomu kanalu i chuvstvuju, chto u nego tam i cherep ves perekoshen i ves on izognut…
A. Pomnish, kogda ti menja poprosila posmotret naskolko otkrilas shejka matki, ja nashupal golovku i u menja slozhilos vpechatlenie, chto rebenok idet normalno bez osobih stradanij.
T. Posle togo, kak pojavilas golovka, osnovnoj etap shvatok proshel, ja vdrug podumala: “CHto zhe delat, zhdat, poka nachnutsja sledujushie shvatki ili dalshe rozhat? CHto zhe razdumivat, nado skoree rozhat i…”, stala delat soznatelno silnejshie potugi. Glavnoe, chto golovka proshla, a plechiki i nozhki projdut uzhe horosho. Ti eshe govoril, chto ja izdala zvuk “ha!”.
A. Da, etot zvuk bil takoe moshnij, chto naverno ne odin karatist ne vosproizvedet podobnogo.
T. Naverno, takimi zvukami ubivali slonov.
A. Mozhet bit…, no menja ti ne ubila.
T. Znachit ti silnej slona?
A. Gde-to, vozmozhno, i silnej. Hotelos bi skazat, chto budushih otcov u raznih narodov, kultur, na Vostoke, da i ne tolko tam, staralis otstranit ot sozercanija rodov, a tem bolee ot uchastija v nih, “… muzhchina, mol, podozhdi za shatrom…” vhod bil tolko dlja zhenshin. Odin amerikanskij vrach, ne pomnju imja, v 60-70 godi v svoej knige pisal, chto u nih, v Amerike, eshe togda stalo “modnim”, chtobi otci prisutstvovali pri rodah svoej zheni. Odnako, on govoril, chto luchshe prisutstvovat tolko v pervoj polovine rodov, vo vremja shvatok, a vihod im luchshe ne videt. Vozmozhno, izolirovali muzhchin dlja togo, chtobi oni ne ohladeli bi k svoim zhenam, sceni ved krovavie. Sozercanie zhenshini v takom kachestve moglo privodit nekotorih k impotencii, k chemu ugodno. Da i vo vremja rodov oni meshali bi tolko, a ne pomogali.
T. Zdes mozhet bit nedostatochnaja duhovnost, chto li, osoznannost muzhchini-otca, da i rodovie nakrutki mogli vskritsja. Naverno, ne kazhdij mozhet uchastvovat v etom tainstve. A u nas tak i poluchilos, chto dogovorilis s akusherom zadolgo do rodov. I M. soglasilas nam pomoch, no v den rodov u nee bilo dezhurstvo i ona ne smogla priehat. Na “rozhdenie placenti” priehal I.B., rebenok k tomu vremeni uzhe viplil. Kogda placenta polnostju vishla, ja sama vstala i vishla iz vanni, peremestivshis na postel.
A. JA nemnozhko pomog tebe, ti vishla prespokojnenko i poshla, i legla sebe, i vkljuchili tebe televizor, pili chaj i govorili o delfinah, rodah, akvakulture i t.d. Bil prazdnik.

ОПИСАНИЯ ТРЁХ РОДОВ

«ОПИСАНИЯ ТРЁХ РОДОВ»

{ ОПИСАНИЯ ТРЁХ РОДОВ }